В Норвегию со стипендией

Микита Кучинский не жалеет о смене российского вуза на норвежский и готов объяснить почему

Микита Кучинский — журналист-фрилансер и работает в медиа с 2020 года, еще с момента, когда учился в российском университете. Помимо этого, он занимался политическим активизмом, даже выдвигался в кандидаты в муниципальные депутаты в своем родном городе Лыткарино. По словам Микиты, этот активистский опыт сыграл большую роль в его будущем поступлении в норвежский университет.

Уже в старших классах у меня было довольно четкое представление о том, чем я хочу заниматься — это журналистика. Мне казалось, что для этого лучше всего получить профильное образование. Поэтому я поступил на программу, которая называется международная журналистика, в одном из московских университетов.

Микита быстро разочаровался в своем выборе. Он столкнулся с привычной для России ситуацией – низким качеством высшего образования.

Примерно с первой же недели я осознал, что это совершенно не то, что мне поможет в профессиональной карьере. Уровень образования был примерно нулевой по большинству дисциплин. Преподаватели постоянно уходили в какие-то лирические отступления, в итоге забывая о своем предмете. Альтернативных преподавателей не было и программа была ну просто очень слабой, если ее описывать в двух словах.

Помимо этого, там было очень много политических моментов, с которыми я не мог согласиться. Я уже тогда занимался активизмом, выдвигался на выборах, участвовал в митингах, меня задерживали. Конечно, я не мог согласиться с позицией поддержки Путина и действующей власти. Когда ты просыпаешься в 5.30 утра, в 6.30 выезжаешь, полтора часа едешь на учебу и в 8 часов утра на занятиях слушаешь, как преподавательница политологии благодарит Путина за Олимпиаду в Сочи и за присоединение Крыма — это тебя, мягко говоря, возмущает.

Никита рассказывает, что изначально планировал остаться в России и продолжать учебу, поступить в более престижный университет, чтобы наконец получить качественное образование. Помешали этому трагические обстоятельства начала войны. Кроме того, Никита теперь просто не может вернуться в Россию и учиться там - он публично работал в организации, которую российские власти признали "нежелательной". Это явно угрожает его безопасности.

Я сразу понял, что пропагандистские нарративы будут захватывать все российское образование. Я решил не продолжать обучение в Москве и вообще сделал паузу со своей учебой. Уехал в Литву и продолжал заниматься журналистской работой оттуда.

После года жизни и работы в Литве Микита решил, что нужно двигаться дальше по образовательному треку. Примерно в это же время ему предложили возможность поступить в университет в Норвегии по стипендиальной программе. Учёба проходит в университете Тромсё, на севере Норвегии, на программе под названием «Peace and Conflict Transformation». Это норвежская правительственная программа, предоставляющая стипендии и покрывающая обучение студентам из развивающихся стран, особенно политическим активистам, находящимся в зоне риска преследования.

Микита оценивает опыт учебы в Норвегии одновременно как более приятный и продуктивный по сравнению с российским. В Норвегии он отмечает открытость университетской среды и отсутствие лишнего контроля, что создает ощущение свободного пространства.

В Москве университет был окружён бесконечными турникетами, охранниками и системой пропусков, ограничивающей доступ. В Тромсё же всё иначе: университетская библиотека работает без сотрудников даже в выходные дни, и можно заходить туда круглосуточно, если у тебя есть студенческая карта.

По словам Микиты, второе существенное отличие в том, что в его новом университете нет контроля посещаемости в странных формах. В московском университете у него создавалось впечатление, что он все еще учится в школе.

В Норвегии, на контрасте, ответственность за обучение полностью лежит на тебе, ты сам определяешь, какие занятия для тебя важны, а какие нет, и стараешься помнить, какие обязательства на себя взял. Все это гораздо лучше влияет на внутреннюю мотивацию.

Одним из значительных изменений для Микиты стало количество академической литературы на английском, которую ему пришлось читать. Это серьезно расширило его знания. Кроме того, на его программе удачно организованы курсы, с акцентом на практическое применение знаний и академическое письмо с первых дней. Несмотря на отсутствие академического бэкграунда, он сумел быстро адаптироваться.

Я достаточно быстро всё наверстал и смог преодолеть страх того, что не смогу учиться на английском. Первая академическая сессия для меня была большим стрессом, хотя в итоге оказалось, что ничего сверхъестественного в этом нет, просто нужно регулярно читать и логически укладывать мысли в текст.

Ожидания Микиты от учебы в Норвегии полностью оправдались. Сейчас он на втором году магистратуры, работает над диссертацией. Говоря о жизни за границей и бытовых аспектах, Микита отмечает плюсы и минусы.

Адаптация в Норвегии была сложной из-за суровых климатических условий, особенно полярных дней и ночей, которые влияли на сон и ментальное состояние студента. Социализация усложняется тем, что Микита не знает норвежского языка. Еще одной трудностью стало удалённое расположение Тромсё, что делает поездки в Европу дорогостоящими.

Когда я приехал, здесь были полярные дни и это очень сильно подкосило мой сон с непривычки. Потом были полярные ночи уже зимой, это сильно повлияло на мое ментальное состояние.

Но жизнь в Норвегии имеет свои плюсы. Как говорит Микита, даже «непрестижная» в российском понимании работа, может обеспечить достойный доход, что снимает часть тревог у студентов. Они могут работать на полставки и одновременно учиться.

А вот что Микита говорит о своем будущем:

В эмиграции очень сложно строить долгосрочные планы. Если говорить про учебу, то теперь я все чаще думаю о том, что можно остаться в академии и дальше заниматься исследованиями. Пока не могу обозначить конкретную траекторию, но я думаю об этом.

До наступления кардинальных политических изменений не представляю себе такое возвращение. На обозримое будущее надежды у меня мало, поэтому стараюсь смириться и медленно выстраивать свою жизнь в эмиграции. Тем не менее, не перестаю верить, что когда-то смогу спокойно приехать в Россию.